К визиту северокорейского лидера в КНР

14.04.2018 Автор: Константин Асмолов

1034485090

С 25 по 28 марта 2018 г. по приглашению генерального секретаря ЦК КПК, председателя КНР Си Цзиньпина председатель Трудовой партии Кореи и председатель Комитета по государственным делам КНДР Ким Чен Ын совершил неофициальный визит в Китай.

Эта первая зарубежная поездка северокорейского руководителя после шести лет его пребывания у власти не могла не остаться без внимания хотя бы с точки зрения того, кто инициировал мероприятие. С одной стороны, визит состоялся по приглашению председателя КНР, который оказал «тёплый приём» Ким Чен Ыну и его супруге Ли Соль Чжу, да и выбор места (по мнению «державных» СМИ КНР) был призван подчеркнуть традиционный паттерн, когда до конца позапрошлого века Корея находилась в китайской сфере влияния.

С другой – власти КНР, по словам Кима, «с удовольствием приняли наше предложение визита в Китай и приложили усилия, чтобы за короткое время успешно осуществился визит».

Напомним, что со времени шестого ядерного испытания осени 2017 г. отношения двух стран были довольно прохладными – между правительственными СМИ двух стран Глобал Таймс и Нодон Синмун шла определенная перепалка, а приграничное сотрудничество было почти сведено к нулю. КНР во многом солидаризировался с санкционным режимом США, отчего в западной прессе в очередной раз пошел вал статей о том, что «традиционной дружбе» конец, и в Пекине готовы сдать Пхеньян, и надо только правильно определить цену.

Но напряженность в отношениях Китая и США обратила на себя внимание Кима, который не собирался рвать отношения. По случаю переизбрания Си на пост генсека ЦК КПК, а затем Председателя КНР Пхеньян посылал поздравления, внимательно следя за ситуацией – отчего визит первого лица оказался неожиданным даже для экспертов, включая автора, который допускал, что северокорейскую делегацию возглавляет не сам Ким, а Чхве Рён Хэ или Ли Ен Хо.

Протокольные вопросы

Традиционно власти как КНР, так и КНДР сообщили о визите постфактум, а пока переговоры шли, все упоминания о КНДР и Ким Чен Ыне в китайском сегменте интернета и социальных сетях подвергались цензуре. Однако затем обе стороны сделали это необычно подробно – северокорейское агентство ЦТАК даже презентовало часовой документальный фильм.

Нерушимая дружба

Лидер КНДР сразу же сказал, что выбор Китая в качестве пункта назначения своего первого зарубежного визита свидетельствует о его желании не только лично поздравить Си с переизбранием, но и «защитить давние исторические традиции великой дружбы между КНДР и КНР». И далее оба лидера неоднократно подчеркивали, что «традиционная дружба между Китаем и КНДР, установленная и тщательно культивируемая старшими поколениями лидеров обеих партий и обеих стран, является драгоценным богатством обеих сторон».

Подчеркивался стратегический и неизменный характер дружеских отношений двух стран. Си Цзиньпин сказал открыто: «Китайско-северокорейская дружба будет крепнуть и впредь. Это стратегический и единственно правильный выбор. Он не претерпит изменений из-за отдельных событий в отдельный период времени». Почти то же самое сказал и Ким: «Продолжение традиционной дружбы между Китаем и КНДР согласуется с общими интересами и является общим стратегическим выбором обеих сторон».

Также оба лидера подчеркнули, что дружба не будет зависеть от международной обстановки. «Независимо от того, как изменится ситуация в мире или регионе, мы будем твердо придерживаться глобальной тенденции развития отношений Китая и КНДР, укреплять наши стратегические связи, расширять наше сотрудничество», — отметил Си Цзиньпин. Ким Чен Ын фактически повторил его: «Независимо от того, как изменится региональная ситуация, мы будем твердо осознавать глобальную тенденцию развития и общую ситуацию в отношениях между Китаем и КНДР, укреплять наши обмены на высоком уровне, углублять наши стратегические связи, расширять наши обмены и сотрудничество и приносить пользу народам обеих стран и народам всех стран».

Си выдвинул четыре предложения по укреплению двусторонних связей:

  • поддержание контактов на высшем уровне (в том числе взаимные визиты и обмен спецпосланниками);
  • поддержание прямых межпартийных связей как «проверенных временем ценных практик стратегической коммуникации» и максимальное повышение их роли;
  • совместное мирное развитие; впрочем, данный термин не получил разъяснения за рамками фраз типа «соответствовать тенденциям времени, высоко держать знамя мира, развития, сотрудничества и взаимной выгоды, постоянно улучшать благосостояние двух народов, вносить позитивный вклад в региональный мир, стабильность и развитие»
  • активизация «народной дипломатии», которая «цементирует основы Народной воли», в том числе молодежные обмены.

Еще один важный момент: оба лидера подчеркивали социалистический характер двух стран и то, что «отношения корейско-китайской дружбы установлены в священной совместной борьбе за социалистическое дело и сохранили свою сущность во всяких суровых испытаниях истории». Си Цзиньпин подчеркнул, что Коммунистическая партия Китая и Трудовая партия Кореи внесли значительный вклад в развитие социализма, а Ким охарактеризовал текущую ситуацию как «период, когда социалистическое дело народов двух стран – Кореи и Китая – вступило в новый этап развития».

Ситуация на полуострове и межкорейские и отношения

Си «отметил положительное изменение ситуации на Корейском полуострове, которое является результатом стратегических решений Ким Чен Ына и усилий партии и правительства КНДР», и выразил уверенность в том, что «под руководством товарища Ким Чен Ына ТПК, ведя корейский народ, будет достигать новых успехов в работе за непрерывное продвижение вперед к пути социализма, развитие экономики и улучшение жизни народа». «Мы обратили внимание на то, что товарищ председатель возглавил ТПК и народ КНДР в принятии ряда активных мер и достижении результатов в развитии экономики и повышении благосостояния людей в последние годы».

Китайская сторона рассчитывает на политическую стабильность, экономическое развитие и народное счастье в КНДР, сказал Си Цзиньпин, и в этом заявлении можно углядеть намек на поддержку. Ким, в свою очередь, рассказал о том, как ТПК «активизирует свои усилия по борьбе с высокомерием, бюрократией и коррупцией» (признав таким образом значимость проблем и сделав реверанс в отношении аналогичной политики в КНР) и выразил искреннюю надежду на то, что Китай будет и впредь добиваться новых больших успехов в построении «умеренно процветающего общества».

Межкорейским инициативам Кима также была дана высокая оценка. Председатель КНР заявил, что с этого года на Корейском полуострове произошли позитивные изменения, и Китай высоко оценивает важные усилия, предпринятые КНДР. Китай призывает все стороны поддержать улучшение межкорейских связей и предпринять конкретные усилия для содействия мирным переговорам, сказал Си Цзиньпин, отметив, что Китай будет продолжать играть конструктивную роль в этом вопросе и работать со всеми сторонами, включая КНДР, в направлении оттепели ситуации на полуострове.

Ким Чен Ын же заявил, что КНДР «полна решимости трансформировать межкорейские связи в отношения примирения и сотрудничества» и провести саммит между главами Севера и Юга.

Денуклеаризация с предварительными условиями

Оба лидера заявили о приверженности идее денуклеаризации Корейского полуострова. По словам северокорейского лидера, в настоящее время ситуация на Корейском полуострове развивается «в правильном направлении», поскольку КНДР выступила с инициативой ослабить напряженность и выдвинула предложения для мирных переговоров. Он подтвердил намерение «прилагать активные усилия по денуклеаризации Корейского полуострова, и эта позиция не может измениться». Также и председатель Си заявил, что Китай придерживается цели денуклеаризации полуострова, обеспечения мира и стабильности на полуострове и решения проблем на основе диалога и консультаций.

Ким Чен Ын подчеркнул, что в рамках данного тренда КНДР готова провести соответствующие консультации со всеми заинтересованными сторонами, в том числе – РК и США. В этом контексте он сообщил о готовности вести диалог с Вашингтоном и желании провести саммит лидеров двух стран.

Однако это вовсе не говорит о разоружении без каких-либо условий, как это нередко подается в РК. По словам Ким Чен Ына, «вопрос о денуклеаризации Корейского полуострова может быть решен, если Южная Корея и Соединенные Штаты ответят на наши усилия доброй волей, создадут атмосферу мира и стабильности, принимая при этом прогрессивные и синхронные меры по реализации мира».

Международная реакция на визит

Представитель Белого дома Сара Сандерс подчеркнула, что США рассматривают визит лидера КНДР в Пекин как очередное доказательство того, что политика максимального давления на Пхеньян создаёт «необходимую атмосферу для диалога». Также она упомянула, что китайское правительство проинформировало Вашингтон о визите в Пекин.

По мнению администрации президента РК, обсуждение проблемы денуклеаризации Корейского полуострова между Си Цзиньпином и Ким Чен Ыном окажет положительное влияние на предстоящие саммиты, а участие Китая в обсуждении вопросов мира на Корейском полуострове поможет стабилизации обстановки в регионе.

Начальник управления национальной безопасности администрации президента РК Чон Ый Ён также отметил, что китайско-северокорейский саммит сделает межкорейский саммит ещё более результативным, особенно важно то, что лидер СК Ким Чен Ын подтвердил стремление к денуклеаризации Корейского полуострова, готовность к участию в межкорейском и американо-северокорейском саммитах.

Южнокорейские политические партии откликнулись на сообщения о визите северокорейского лидера в Китай неоднозначно. Правящая Демократическая партия Тобуро выразила надежду на то, что встреча лидеров ускорит мирное решение ядерной проблемы Пхеньяна – в подготовке к успешному проведению межкорейского саммита появился «позитивный элемент». Главная оппозиционная партия Свободная Корея сочла действия Севера типичным проявлением дипломатической тактики ради развития ядерного потенциала и предостерегла против излишнего оптимизма относительно предстоящего межкорейского саммита, при том что контакты между Пекином и Пхеньяном в преддверии межкорейского и американо-северокорейского саммитов, несомненно, имеют важное значение. Партия Справедливого будущего призвала президент Мун Чжэ Ина выработать подробную стратегию денуклеаризации Корейского полуострова, поскольку контакты Пекина и Пхеньяна могут затруднить данный процесс.

Подведение итогов

Итоги визита можно суммировать следующим образом:

  • Визит был организован не только на фоне олимпийского потепления, но и на фоне существенного охлаждения американо-китайских отношений, ярким примером которого является подписанный Трампом «Taiwan Travel Act».
  • Кроме того, нельзя не учитывать и укрепление власти Си Цзиньпина, вследствие чего Китай обязан позиционировать себя как силу, контролирующую и направляющую мирное разрешение корейского вопроса, не выпуская его из своей юрисдикции (так, как он пытался сделать с процессом шестисторонних переговоров).
  • В этом контексте автор склонен предположить, что инициатива Ким Чен Ына встретила обоснованное понимание и визит был довольно быстро организован. Пекин решил активизировать своё участие в решении проблем Корейского полуострова на фоне подготовки к межкорейскому и американо-северокорейскому саммитам, а Пхеньян посчитал необходимым заручиться поддержкой Китая в преддверии этих событий.
  • Сам факт саммита уже говорит о том, что очередной период охлаждения отношений Пхеньяна и Пекина, похоже, закончился. И с китайской, и с северокорейской стороны звучала традиционная риторика дружбы, стороны подтвердили, что их связи носят долгий и традиционный характер, а все предшествующие разногласия являются частными и не влияющими на магистральный тренд.
  • Четыре предложения Си Цзиньпина, которые, правда, выглядят относительно абстрактными, – не столько попытка укоротить поводок, сколько добиться ситуации, при которой контакты Пхеньяна, Сеула и Вашингтона согласовывались бы с Пекином на минимальном уровне. Это позволяло бы председателю Си хотя бы для внутренней аудитории позиционировать себя тем, кто пытается мирить Вашингтон и Пхеньян. А заявления необходимости крепить отношения на «народном» уровне может быть косвенным указанием не столько на развитие публичной дипломатии, сколько активизации формального или экономического сотрудничества. Иными словами, гайки, которые были сильно закручены после того, как ядерное испытание 2017 года прошло, несмотря на настойчивую просьбу Китая этого не делать, могут быть откручены обратно.
  • Тема денуклеаризации прозвучала и было подчеркнуто, что курс на денуклеаризацию был характерен не только для третьего Кима, но и для всех предыдущих. Однако при этом речь идет не только о денуклеаризации КНДР, а о денуклеаризации полуострова и, главное, – в очередной раз подчеркнуто предварительное условие: на ядерное разоружение Пхеньян готов только в случае радикального изменения политики Сеула и Вашингтона (каковое, по мнению автора, более чем маловероятно).
  • В остальном – банкет, очень неформальное фото северокорейского лидера и сам по себе момент, связанный с тем, что свой первый визит за рубеж северокорейский лидер совершил в Китай. Для Пекина этот момент, естественно, важен.

В целом, визит Кима в Пекин вписывается в рамках общего тренда на «оживление в зале», вызванное олимпийским потеплением. Вне зависимости от того, как долго продлится этот период, он напоминает ему похожую ситуацию второй половины 2000 г., когда после межкорейского саммита в Пхеньяне побывали и президент России, и государственный секретарь США. Будем надеяться, что подобный расклад продлится подольше и, несмотря на усиление ястребов в американском руководстве, все-таки повлечет более глобальные позитивные изменения.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».