Большая чистка Мун Чжэ Ина: новые скандалы в силовых структурах и не только

05.11.2018 Автор: Константин Асмолов

7756

Продолжая наблюдать за «большой чисткой» Мун Чжэ Ина, рассмотрим то, что творится в правоохранительной и судебной системах и коснемся некоторых скандалов.

31 мая 2018 г. председатель Верховного суда Ким Мён Су принёс «искренние извинения от имени органов судебной власти, которые вызвали глубокое разочарование народа». С таким заявлением он выступил через шесть дней после публикации результатов специального расследования в отношении его предшественника Ян Сын Тхэ, которого подозревают в злоупотреблении полномочиями для введения отдельных кассационных судов в судебную систему страны.

Поясним. На данный момент в действующей судебной системе РК нет отдельных кассационных судов, рассматривающих различные жалобы и представления касательно вступивших в силу постановлений высших судебных учреждений. Такие дела рассматривает Верховный суд, что является большой нагрузкой для него, и потому Верховный суд давно выступал за введение отдельной инстанции, как это происходит и в РФ, где Владимир Путин подписал закон о создании в России отдельных кассационных и апелляционных судов общей юрисдикции.

Однако экс-председателя Верховного суда подозревают в том, что в качестве «козыря» в переговорах с президентской администрацией по поводу введения отдельных апелляционных судов он использовал политически чувствительные судебные дела. В центре скандала оказалось Управление судебного администрирования, которое, по указанию Ян Сын Тхэ, будто бы пересматривало постановления по делам, которые интересовали правительство бывшего президента Пак Кын Хе. Также управление заподозрили в осуществлении надзора за судьями, чьи политические взгляды отличались от политики бывшего президента, и намеренном осложнении их служебной карьеры и деятельности.

Скандал разразился в феврале 2017 года на момент, когда Пак уже была отрешена от власти, но импичмент не был утвержден конституционным судом. И сыграл важную роль в давлении на судебную систему страны, хотя можно обратить внимание на то, что обычно к таким разоблачениям прилагаются конкретные примеры неправедно пересмотренных дел или имена честных судей, которым испортили карьеру.

Более вероятна вскрывшаяся позднее экономическая подоплека дела. Когда Пак Кын Хе убедили, что идея апелляционных судов будет более демократичной. В ответ она решила поощрить аппарат верховного суда и выделила для них статью на спецрасходы, которые можно было использовать любыми способами, в том числе нецелевыми. Четверть этой суммы получал сам председатель.

Ким Мён Су отметил, что всех виновных привлекут к уголовной ответственности и пообещал внести изменения в вертикальную организационную структуру и превратить управление в чисто исполнительный орган.

Между тем, сам Ян Сын Тхэ опроверг все обвинения в его адрес. В частности, 1 июня, на встрече с журналистами он заявил, что не вмешивался в ход судебных разбирательств. Он также опроверг обвинения в давлении на судей.

Однако 31 июля Управление судебного администрирования дополнительно обнародовало 196 документов, которые могут сыграть важную роль в деле. В частности, в документе под названием “Стратегия работы с Национальным собранием для принятия закона об Управлении судебного администрирования” говорится о необходимости установления контактов и тактике переговоров с отдельными депутатами. В другом документе говорится о необходимости принципиально новых и эффективных способов влияния на аудиторию через основные источники СМИ. При этом, когда действия Управления не увенчались успехом, граждане РК были названы «эгоистичными существами».

Таким образом, Ян и сотрудники Управления судебного администрирования подозреваются уже не в «заказных пере-расследованиях», а в том, что вступали в контакты с представителями администрации президента, Национального собрания и некоторыми информационными агентствами, чтобы добиться вступления в силу закона о кассационном суде. Это, конечно, может считаться злоупотреблением полномочиями, но довольно условно. Хотя обыски в офисе и в домах бывшего Председателя Верховного суда Кореи и его двух подчиненных продолжаются.

Однако власть хочет додавить судей и 25 октября 2018 г. в ходе очередной сессии Национального собрания четыре крупнейшие партии РК (Правящая Демократическая партия Тобуро, партия Справедливого будущего, партия Демократии и Мира и партия Справедливости) приняли решение о создании специального судебного отдела, который будет заниматься делами о подозрениях в судебных органах в период, когда пост председателя Верховного суда занимал Ян Сын Тхэ.

Как выяснилось, многие «из имеющих отношение к названным подозрениям» в настоящий момент работают в суде Центрального административного округа Сеула, и до настоящего момента этот суд ни разу не выдал ордер на арест по делу о злоупотреблении полномочиями без каких-либо проволочек и задержек. Поэтому было предложено создать специальный судебный отдел с привлечением независимых судей, не имеющих отношения к описанным событиям.

Оппозиционная партия Свободная Корея одобрить проект отказалась, а глава её парламентской фракции Ким Сон Тхэ заявил, что подобные действия являются отрицанием нынешней судебной системы.

Кроме суда, занялись полицией. Еще в апреле 2018 г. было решено, что она больше не будет применять слезоточивый газ, который ранее активно применяли для разгона демонстраций. Запасы будут уничтожены.

4 октября был арестован бывший Начальник Полиции Кореи Чо Хён О. Как оказалось, он тоже имел отношение к «делу троллей в погонах», когда с 2010 по 2012 год сотрудники разведслужбы пытались повлиять на общественное мнение в пользу администрации Ли Мен Бака.

63-летнего Чо обвиняют в том, что он мобилизовал по меньшей мере сотрудников полиции, чтобы разместить более 33000 онлайн-комментариев к твитам и новостным статьям, касающимся политически чувствительных вопросов. При этом Чо приказывал использовать иностранные IP-адреса и другие частные точки доступа в интернет, чтобы замаскироваться под обычных гражданских лиц, размещающих комментарии в интернете.

Чо, естественно, всё отрицает, но считается, что авторство примерно трети комментариев уже доказано. А автор пытается понять, насколько дело не высосано из пальца и не призвано «перебить в памяти» «скандал с комментариями», о котором мы недавно писали.

С другой стороны, в ходе состоявшейся встречи с генеральным прокурором Мун Му Илем, Мун Чжэ Ин заявил, что Полиция должна получить дополнительную независимость в расследовании преступлений, в то время как прокуратуре следует сосредоточиться на контроле за законностью её действий.

А 25 октября, выступая на церемонии, посвящённой Дню полиции, Мун отметил, что сотрудники полиции должны быть самыми близкими друзьями простого народа и самыми активными защитниками его интересов. Президент высоко оценил изменения, происходящие в правоохранительных органах, пообещав, что впредь не будет случаев превышения полицейскими их должностных полномочий. Основной упор делается не на силовое вмешательство, а на диалог, – отметил глава государства. Президент призвал полицейских искоренить преступления, жертвами которых становятся женщины и призвал их соблюдать права человека при проведении расследований любых дел, в том числе связанных с национальной безопасностью.

Кстати, о правах женщин. В октябре в Южной Корее на центральной площади Кванхвамун прошел четвертый митинг против гендерного неравенства во время расследования преступлений на сексуальной почве. Всего выразить свой протест вышли около 70 тыс. женщин, а в общей сложности митинги набрали 187 тыс. протестующих. Среди основных требований митингующих — отсутствие половой дискриминации при расследовании преступлений на сексуальной почве и назначение женщин на руководящие посты в полиции и прокуратуре.

Завершим материал очередным набором «скандалов-интриг-расследований». Мы уже писали о ситуации вокруг деятеля правящей партии Ан Хи Чжона, – секретарша обвинила в изнасилованиях, суд признал, что доказательств нет, но на политической карьере Ана, который считался вероятным кандидатом в президенты Кореи после Мун Чжэ Ина, это поставило крест.

Теперь похожий скандал задел еще одного соперника Муна на внутрипартийных выборах – недавно избранного губернатора столичной, самой богатой провинции Кёнгидо Ли Чжэ Мёна. Один из лидеров Демократической партии, Ли прославился закрытием самого крупного рынка собачатины Моран.

История длится уже несколько месяцев, и началась с того, что актриса Ким Бу Сон через 6 лет вспомнила, что они состояли в отношениях, он обещал жениться, но бросил. Ким решила отомстить, пошла в прокуратуру и выложила всё, что знала: взятки, уклонение от налогов, манипуляции с выборами. Хотя больше всего внимания привлекло ее заявление о том, что «помнит разные особенности его интимных частей тела», в том числе большое родимое пятно.

Еще до того Ли Чжэ Мёна подозревали в том, что он отправил своего (ныне покойного) брата в психбольницу против его воли, но когда на предвыборных телевизионных дебатах ему задали прямой вопрос, он соврал. После этого в июне 2018 г. партия Справедливого будущего подала на него жалобу, утверждая, что, госпитализируя брата против его воли, он использовал свои полномочия мэра и нарушил закон о выборах, отрицая это. Помимо этого и романа с актрисой утверждалось, что Ли оказывал давление на местные компании, чтобы предоставить более 16 миллиардов вон в городскую футбольную команду в виде рекламных сборов.

И вот полиция провела рейд и обыски по четырём адресам, включающих квартиру и офисы Ли Чже Мёна, а тот, в свою очередь, 16 октября прошел проверку у врачей, которые должны были подтвердить или опровергнуть наличие у него небольшого родимого пятна. В итоге пятно на “некоторой части тела” не нашли, не было также и следов его устранения. За этим «увлекательным делом» наблюдали три журналиста.

29 октября Ли Чжэ Мен появился на полицейском допросе. Сколько времени его расспрашивали, неизвестно, но сам Ли заявил СМИ, что никогда не злоупотреблял своим положением и верит, что в конце полицейского расследования правда выйдет наружу. Тем не менее актриса все равно считает, что ее честь и достоинство ущемлено и не отказывается от иска, но полиция заявила, что раз пятна нет, нет и дела о насилии, а взятками и т.п. пусть занимается прокуратура.

Проводятся обыски у депутата парламента от правящей партии Син Чхан Хёна, который каким-то образом раздобыл совершенно секретные документы о планах правительства (зная эти планы можно заняться спекуляцией земельных участков) и передал его своим друзьям через мессенджер ФБ. Депутат заявляет, что стал жертвой хакеров, и чем закончится дело – довольно интересный прецедент.

И последнее. Министерство юстиции усилило ответственность за фото- и видеосъемку без согласия снимаемого. Теперь за такое можно получить штраф до 10 млн вон или срок до 3 лет, а в случае распространения таких фото в интернете – до 5 лет. Поневоле вспоминаешь КНДР, где запреты на съемку военнослужащих или случайных лиц тоже нередко объясняют несогласием «моделей».

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».