Тайвань выходит на передовые позиции в военном противостоянии США с КНР

P 05.09.2019 U Владимир Терехов

nnn

В НВО уже не раз отмечалось резкое возрастание роли Тайваня в сложном комплексе отношений между двумя ведущими мировыми державами. На фоне практически непрерывного ухудшения этих отношений всё более определённо вырисовывается стремление Вашингтона к восстановлению того формата связей с Тайбэем, который наблюдался до “рубежного” 1979 г.

Концептуальную базу американской политики в отношении Тайваня периода, начавшегося с образованием в 1949 г. КНР, составили произнесённые в 1951 г. слова командующего американскими войсками в Корее генерала Д.Макартура о том, что “потеря Тайваня отодвинет наши границы назад к Калифорнии”.

Исключительной ролью Тайваня в военном противостоянии с КНР пришлось пожертвовать (частично, подчеркнём это) в том самом 1979 г., когда в условиях обострения конфронтации с СССР возникла острая необходимость в установлении всесторонних отношений с Пекином. После проведенного тогда же разрыва дипломатических отношений с Тайбэем функции поддержания с ним различного рода контактов оказались в руках лоббистских организаций.

Среди них основным оказался “Американо-Тайваньский Совет по деловым связям” (US-Taiwan Business Council, USTBC). Образованный ещё в 1976 г., USTBC сам себя обозначает в качестве “некоммерческой организации, занимающейся развитием торговых и деловых отношений между США и Тайванем. …” С 1981 по 1989 годы, в условиях отсутствия официальных дипломатических отношений Совет активно занимался развитием разнообразных американо-тайваньских связей.

В частности, вопросы обороны и безопасности обсуждаются на “Американо-Тайваньской конференции по кооперации в сфере оборонной промышленности”, которую USTBC ежегодно проводит, начиная с 2002 г. Именно на данной площадке в ходе экспертных дискуссий подготавливаются проекты уже официальных решений США по содействию в укреплении оборонного потенциала Тайваня.

Отметим, что в этом плане Тайвань располагает и собственными возможностями. Однако оборонная политика и военное строительство Тайваня заслуживают отдельного рассмотрения. Здесь же отметим лишь резкое (более чем на 8%) увеличение военных расходов в проекте бюджета на 2020 г., о чём было заявлено в августе с. г. Подобного скачка в таких расходах Тайваня не наблюдалось с 2008 г.

С опубликованием собственных планов в оборонной области совпали по времени прозвучавшие из Вашингтона заявления о двух сделках по продаже Тайваню американских вооружений на общую сумму свыше 10 млрд долл. Из этой суммы 8 млрд долл. Тайбэй заплатит за поставку 66 истребителей F-16 новейшей модификации (Block 70).

Прежде чем предложить авторские комментарии к этому событию, крайне важному для ситуации как в треугольнике “США-Тайвань-КНР”, так и в регионе в целом, предоставим слово президенту USTBC Р. Хэммонд-Чамберсу: “С 2001 г. это самый важный акт продажи Тайваню американских вооружений”. Перечисляя в связи с этим различные аспекты резкого повышения боеспособности тайваньских вооружённых сил, он, в частности, отмечает роль закупки новейшей модификации F-16 “как моста” к приобретению истребителей уже 5-го поколения F-35.

Со своей стороны отметим несколько моментов. Во-первых, беспрецедентность общего масштаба сделок по поставкам американских вооружений острову с населением в 24 миллиона человек. Причём речь идёт именно о сделках, а не о “намерениях” (например, в отношении Саудовской Аравии). Во-вторых, момент их заключения, поскольку впервые с просьбой о продаже F-16 Тайбэй обращался к Вашингтону ещё в 2006 г. Пункт “в-третьих” дополнят слова президента USTBC относительно основной компоненты обеих сделок, то есть упомянутых истребителей.

Отметим, прежде всего, что программа F-16, начатая на рубеже 60-70-х годов прошлого века американской оборонной компанией Lockheed, является одной из самой удачных в послевоенном авиастроении. Разработанный изначально для ударов в основном “по земле”, он ещё 30 лет назад (в ходе операции израильских ВВС по уничтожению иракского ядерного реактора “Озирак”) продемонстрировал эффективность в преодоления сложной системы ПВО и нанесении превентивного удара по важным, хорошо защищённым целям.

С учётом же того, что боеспособность современных систем вооружений определяется в основном их насыщенностью электронными и IT-системами, общим у F-16 Block 70 (которые получит Тайвань) с F-16 сорокалетней давности является лишь внешний облик.

То есть сам факт и масштабы последних сделок по продаже американских вооружений Тайваню, их “номенклатура” и момент, выбранный для официальных заявлений на данную тему, свидетельствуют о том, что отношения между двумя ведущими мировыми державами действительно входят в полосу крайне серьёзных испытаний.

В контексте данной статьи представляется вполне уместным затронуть также перспективу возможного размещения на территории Тайваня “приземлённого” варианта крылатой (дозвуковой) ракеты среднего радиуса действия Tomahawk. Испытания в США данного варианта Tomahawk, вызвавшие широкий медийный резонанс, были проведены практически сразу после прекращения (2 августа с. г.) действия Договора, запрещающего обладание подобного рода оружием (ДРСМД).

Предварительно следует напомнить авторскую позицию по ряду важных вопросов, сопутствующих (теперь уже) факту прекращения действия ДРСМД. Во-первых, Договор был обречён в силу принципиальных изменений ”, произошедших на столе “Большой мировой игры за 35 лет с момента его подписания.

Во-вторых, не просматриваются военно-стратегические мотивы разработки наземного варианта Tomahawk. Уже имеющиеся у США (многие) тысячи данных ракет, размещённые на воде (эсминцы Arleigh Burke), под водой (АПЛ) и в воздухе (стратегические бомбардировщики), вполне успешно решают задачу преодоления любой мыслимой системы ПВО и пресловутой “проблемы подлётного времени”. Даже без использования других средств нападения, тоже имеющихся в избыточном количестве.

Очевидное преимущество принятой несколько десятилетий назад стратегии “отвязывания от земли” как наступательных, так и оборонительных (например, ПРО) систем вооружений заключается в том, что резко повышается их мобильность. То есть можно быстро сосредоточить на “угрожающем направлении” необходимое число пусковых установок, не спрашивая на это разрешения правительств других стран.

И вдруг появляется перспектива “приземления” тех же “томагавков”. Её “рациональное” объяснение видится прежде всего в феномене американского ВПК, деятельность которого далеко не всегда увязывается с реальными проблемами страны. О чём ещё 60 лет назад говорил военный профессионал высшей категории Д. Эйзенхауэр.

Немаловажным представляется и такой возможный мотив, как сосредоточенность “электорального ядра” нынешнего президента США как раз в промышленной сфере американской экономики.

Где размещать “наземные томагавки” – это будут решать чиновники государственного департамента и министерства обороны. На первый взгляд, наиболее вероятными внешними партнёрами смотрятся “элиты” восточноевропейских лимитрофов, готовых за копейку продать территории своих стран (вместе с населением) “более выгодному” хозяину.

Но последнему их услуги вряд ли потребуются, ибо его ключевая внешнеполитическая проблема сегодня располагается на противоположной стороне земного шара. Потенциальных согласных на размещение “наземных томагавков” придётся искать в пространстве, окружающем основного геополитического оппонента, то есть того же Китая.

Получение на это согласия правительств соседних с КНР стран потребуется даже в том случае, если “наземные томагавки” разместят на мобильных платформах, пригодных к быстрой переброске с помощью военно-транспортной авиации. И автор крайне сомневается, что такое согласие дадут даже официальные союзники в лице Японии и Южной Кореи, которые, при всей взаимной неприязни, но порознь вполне успешно развивают отношения с Пекином. Не получит его Вашингтон и во Вьетнаме, остальных 9-и странах-членах АСЕАН, Непале и Монголии.

Пока не просматривается перспектива возникновения в отношениях между двумя азиатскими гигантами (Индией и КНР) проблем настолько серьёзных, что побудило бы Дели пойти на шаг (чреватый самыми тяжёлыми последствиями) предоставления Вашингтону возможности размещения на своей территории “наземных томагавков”.

Что касается Тайваня, расположенного всего в двухстах километрах от побережья КНР, то именно он может оказаться главным и наиболее перспективным объектом (гипотетических, ещё раз подчеркнём) планов Пентагона по развёртыванию “наземных томагавков”.

Тем более что последние оружейные сделки между Вашингтоном и Тайбэем демонстрируют готовность сторон и дальше двигаться в сторону усиления военной компоненты в де-факто идущем процессе восстановления того формата в американо-тайваньских отношениях, который существовал до 1979 г.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


Похожие статьи

Related Posts