Норфолк и Австралия: вынужденная интеграция

P 04.09.2020 U София Пале

NI

Крошечный остров Норфолк площадью 35 км², принадлежащий Австралии, расположен в Тихом океане на полпути между Австралией и Новой Зеландией. Он почти не виден на карте, а голос его жителей, которых чуть менее 2 тыс. чел., и вовсе не был услышан мировым сообществом, когда в 2015 г. решением австралийского парламента Норфолк стал регионом штата Новый Южный Уэльс, невзирая на то, что по результатам местного референдума 68% норфолкцев проголосовали против присоединения острова к Австралии, поскольку это означало потерю статуса «самоуправляющейся территории», приобретенного еще в 1979 г. О причинах этого события и его последствиях пойдет речь далее.

Необитаемый остров Норфолк был открыт британским капитаном Джеймсом Куком в 1774 г., а 14 лет спустя, в 1788 г., здесь появилось первое поселение – каторга для ссыльных из Великобритании и Австралии. Обращение с заключенными было настолько жестким, что к середине 19 в. остров получил альтернативное название «Ад в Тихом океане». Колонизировать Норфолк было решено в связи с тем, что, по сообщению Дж. Кука, на острове произрастало очень большое количество льна, из которого делались паруса, а также в изобилии рос корабельный лес, рубкой которого занялись каторжане. Ценность этих важнейших для английского флота материалов должна была оправдать расходы на доставку и содержание ссыльных в специально построенной для этого тюрьме. Колонизация была вынужденной мерой также потому, что двумя годами ранее, в 1786 г., российская императрица Екатерина II ограничила продажу Великобритании льна вместе с еще более значимым товаром – пенькой (коноплей), использовавшейся для изготовления прочнейших канатов, которые почти не изнашивались под воздействием морской соли. В то время Великобритания на 98% зависела от российских поставок пеньки и льна – лучших в мире по качеству, и, чтобы компенсировать их дефицит, ей срочно пришлось искать ресурсы для оснащения своего флота в других местах, одним из которых оказался остров Норфолк. Необходимость осваивать столь удаленные владения была обусловлена еще и тем, что не так давно Великобритания потеряла свои североамериканские территории.

Однако к середине 19 в. содержать колонию каторжан на далеком острове стало невыгодно, и в 1855 г. всех заключенных вывезли в тюрьму на Тасмании. А в 1856 г. на опустевший Норфолк решено было переселить всех жителей с другого, гораздо более крошечного острова – Питкэрн, где случилось перенаселение. Все 194 питкэрнца были потомками европейцев-мятежников с британского корабля «Баунти» и взятых ими в плен на Таити жен-таитянок. В последующие годы несколько семей вернулись обратно на Питкэрн и сохранили свою маленькую общину количеством 50 человек вплоть до наших дней.

А Норфолк начал свою историю с оставшихся жителей, число которых достигло пиковых 2601 чел. в 2001 г. и снизилось до 1748 чел. в 2016 г. Именно их протестные голоса не услышало ни австралийское правительство, ни мировое сообщество, когда против воли большинства норфолкцев 1 июля 2016 г. вступил в силу «Закон о внесении поправок в законодательство Острова Норфолк от 2015 г.», согласно которому остров терял самоуправление и становился зависимой внешней территорией Австралии в процессе постепенного обретения статуса «регион штата Новый Южный Уэльс». Это означало постепенное введение на Острове Норфолк законодательства штата Новый Южный Уэльс для превращения острова в полноценную часть Австралии.

Но «стать австралийцами» для норфолкцев означает потерять свою национальную идентичность, которая характеризуется наличием собственного языка (необычной смеси английского и таитянского), особой культуры с полинезийскими чертами, богатого исторического наследия, а также национального флага и гимна, – так считают те 38,4% жителей острова, которые ведут свою родословную непосредственно от мятежников с корабля «Баунти». Именно они до 2016 г. занимали ведущие должности на острове, распоряжались многомиллионным бюджетом и позиционировали себя как непримиримых борцов за независимость от Австралии. Остальные жители Норфлока – это выходцы из Австралии, Новой Зеландии, Великобритании и др., среди которых не столь сильны сепаратистские настроения.

Как известно, любая независимость требует устойчивого финансового положения, а именно этого не удалось достичь местным лидерам Норфолка за 36 лет самоуправления, начиная с 1979 г. К 2015 году остров окончательно обнищал и запросил у Австралии сумму $3,5 млн на покрытие долгов. Вместо этого австралийское правительство составило поэтапный план развития инфраструктуры, медицины, образования и социальной сферы Норфолка сроком на несколько лет на сумму $136 млн и распустило местный парламент, взяв административное и экономическое управление в свои руки.

Основная статья доходов Норфолка – это туризм (въездной поток идет главным образом из Австралии и Новой Зеландии), от которого почти полностью зависит местная экономика. На продажу приезжим предлагаются спиртные напитки местного производства и рекреационные услуги – танцы, исторические реконструкции и блюда местной кухни. Но если до глобального финансового кризиса 2008 г. остров посещали в среднем 30-35 тыс чел. в год, обеспечивая скудными средствами примерно 2 тыс. жителей, то в последующие годы турпоток снизился почти вдвое, и норфолкцы оказались на грани полного банкротства. Не следует забывать, что на острове нет никаких производств, и поэтому все необходимые продукты, медикаменты, машинное оборудование и топливо завозятся с материка, и эти импортные закупки в отсутствие поступлений от туризма создают дыры в бюджете. Австралийские экономисты рассчитали, что необходимо привлекать до 100 тыс. туристов в год, чтобы решить экономические проблемы острова. Так как сделать это невозможно, был выбран иной путь: в 2011 г. 25% работоспособного населения выехали на заработки в Австралию, чтобы финансово помогать оставшимся на острове престарелым родственникам. Этим и объясняется столь резкое падение количества местного населения в тот период.

Норфолкцы получают дополнительный доход от продажи коллекционных почтовых марок и монет, а также семян норфолкской сосны и пальмы кентия, которые популярны во всем мире как комнатные растения. Что касается рыболовства и продажи иностранным компаниям лицензий на вылов рыбы в пределах 200-мильной эксклюзивной экономической зоны, то этими вопросами, а также охраной морских границ, традиционно заведует Австралия, которая получает определенную прибыль с примерно 60-миллионного годового оборота.

Австралия с гордостью считает себя благодетелем Норфолка прежде всего потому, что жители острова получили право на медицинское обеспечение, более качественное образование и социальные льготы и услуги, покрываемые из австралийского бюджета. С другой стороны, норфолкцы теперь платят налоги, причем не в местную, а в федеральную казну.

И если бывшие лидеры Норфолка не могут смириться с новыми порядками, то молодое поколение вполне лояльно относится к австралийским инициативам:

«Мы, норфолкцы, не хотим висеть камнем на шее у Австралии: мы очень трудолюбивые и старательные, и мы умеем сострадать. Во время сильных лесных пожаров 2020 г. в Австралии мы собирали средства пострадавшим, причем не потому что “надо”, а потому что мы очень хорошие люди, готовые отдать ближнему свою последнюю рубаху. Я за многое очень благодарен Австралии», – пишет один из жителей Норфолка в комментариях под очередной дискуссионной статьей о пользе и вреде потери Норфолком самостоятельности.

Учитывая долгую и вполне успешную практику ведения Австралией политики мультикультурализма в последние десятилетия, хотелось бы надеяться, что норфолкцы никогда не потеряют свою идентичность, оставаясь гордой и прекрасной нацией, так непохожей ни на какие другие в мире.

София Пале, кандидат исторических наук, научный сотрудник Центра Юго-Восточной Азии, Австралии и Океании ИВ РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


Похожие статьи

Related Posts