Восьмой съезд ТПК КНДР

P 22.01.2021 U Константин Асмолов

DPRK

С 5 по 13 января в КНДР проходил VIII съезд Трудовой партии Кореи (ТПК), который обозначил целый комплекс серьезных внутрипартийных и внутригосударственных изменений.

Предыстория

Решение о созыве восьмого  съезда партии в январе 2021 года было принято на пленуме ЦК ТПК, состоявшемся в Пхеньяне 19 августа, где северокорейский лидер отметил, что страна «столкнулась с неожиданными и неизбежными проблемами», в связи с чем текущий пятилетний план, который был обнародован на седьмом партийном съезде, состоявшемся в мае 2016 года, не выполнен, и жизнь людей, «оказавшихся перед лицом сложных внутренних и внешних обстоятельств», не улучшилась. Поэтому было предложено на VIII съезде ТПК «всесторонне и объемно проанализировать отклонения и недостатки».

Эксперты РК увидели в этом только то, что «лидер Севера редко признает провал своей политики». Немногие отметили, что причина и в том, что много сил и ресурсов были потрачены на такие «внеплановые» проблемы, как борьба с коронавирусом или восстановление пострадавших от наводнения районов.

Складывается впечатление, что в 2020 году партийная бюрократия неудовлетворительно справлялась со своей ролью морального авангарда. Благодаря этому в преддверии съезда был осуществлена попытка серьёзного аудита правящей системы.

Как заявил Ким Чен Ын во вступительной речи 5 января, «ЦК партии создал непостоянную центральную контрольную комиссию и направил её группы в низы, чтобы ознакомиться с положением дел в них и прислушиваться к голосу трудящихся на местах». Инспекционные группы посетили отраслевые ведомства, и в итоге ревизоры выяснили, «каковы были ошибки в претворении в жизнь решений VII съезда партии, в чем причины, каковы недостатки в партийном руководстве».

Параллельно осуществлялись сбор жалоб и предложений «от отделов ЦК партии и всех парторганизаций страны», ревизия ситуации с партийными финансами и изучение Устава партии на предмет морально устаревших формулировок, «не отвечавших нашей реальной действительности».

Состав участников

VIII съезд состоялся как необычно массовое мероприятие. Если на предыдущем съезде было 3667 участников, то на этом было уже 5000 участников, из которых всего 250 относились к руководящей партийной номенклатуре. Плюс 2000 наблюдателей по сравнению с 1387 на прошлом форуме.

Интересно и изменение процентного состава делегатов по категориям. Число партийных активистов, относящихся к «освобождённым работникам», снизилось с 42,13% до 39,18%, а число работников организаций трудящихся – с 1,42% до 0,88%.

Резко сократилось и число делегатов-военнослужащих, не являющихся партработниками, с 19,61% до 8,16%. Если на прошлом съезде примерно 30 человек «почётных старцев» участвовали как делегаты, то на нынешнем несколько товарищей присутствовали только как почётные гости.

Зато выросли в числе представители административно-хозяйственного актива – с 11,54% до 16,02%; партийные активисты, не освобождённые от основной работы – с 21,43% до 29,10%; работники науки, просвещения, культуры, искусства и т.п. – с 3,05% до 6,66%. Доля женщин среди делегатов выросла с 8,59% до 10,02%.

Такое изменение является следствием нескольких трендов, которые прослеживались и до съезда. Первый – определённое снижение влияния военных. Хотя Ким Чен Ын постоянно хвалит представителей армии, а КНА выполняет не только военные, но и народнохозяйственные задачи, изменения Конституции в 2016–2020 гг. окончательно завершили период политики приоритета военного дела и термин «сонгун» почти не упоминается.

Второй тренд – некоторое неприятие лидером страны партийной бюрократии и опора его на народные массы в лице первичных организаций. Здесь знаковым моментом было выступление Ким Чен Ына во время празднования 75-летия Трудовой партии, на котором ни разу не прозвучало здравиц в честь самой партии.

Ход мероприятия

По сравнению с предыдущим съездом, VIII съезд явно не был формальным мероприятием, проводимым для галочки. Если прошлый форум занял четыре дня, то нынешний – восемь.

Начиная со вступительной речи, Ким Чен Ын сразу поставил задачу – мы собрались не столько для того, чтобы описывать достижения, но и для того, чтобы всесторонне разобрать неудачи, чтобы подобного больше не повторялось. С первого по третий день Ким Чен Ын выступал с отчетным докладом ЦК партии. Четвертый и пятый дни ушли на прения, и если перевести их описание с северокорейского официоза на обычный, то «выступившие упомянули об успехах и опыте в работе своих отраслей и единиц […] серьезно проанализировали и подытожили проявленные недостатки, их причины и уроки из них». Многие выступали с самокритичным анализом ошибок, описывая «неприменение действительных и народных методов в партийной работе».

Важно и то, что те, кто «раскаялись в своих ошибках перед съездом партии», отнюдь не оказались репрессированными врагами народа. Скорее они «еще раз вдумчиво восприняли раскритикованные вопросы как свои недостатки и уроки» и занялись разработкой тактики на будущее.

Кроме отчетного доклада ЦК, был прочитан Отчет Центральной ревизионной комиссии ТПК, где были «содержательно проанализированы и подытожены успехи, опыт, недостатки и уроки в работе партии по управлению финансами». По итогам было решено «еще более укрепить партийную финансовую дисциплину и совершить новый переворот в работе управления финансами».

Кроме того, съезд торжественно принял постановление «О последовательном претворении в жизнь задач, намеченных в отчетном докладе ЦК ТПК», принял изменения в Уставе партии и выбрал генерального секретаря, которым оказался Ким Чен Ын. Состав ЦК существенно обновился, но сестра вождя, вопреки ожиданиям, не оказалась в Политбюро, хотя в ходе мероприятия выступила с очередным язвительным комментарием по поводу Юга.

Съезд закрылся 12 января пением «Интернационала» вместо гимна ТПК.

Некоторые ожидали, что следствием жестких формулировок Кима будут показательные репрессии, особенно после его пассажа о том, что весть о съезде «нанесла ощутимый удар по реакционным силам всяких оттенков и мастей, враждебно относящимся к нашему великому делу». Это посчитали намеком на то, что указанные силы есть и внутри ТПК, но нового дела Чан Сон Тхэка не произошло. Хороший знак: на съезде решили не искать стрелочников, а ремонтировать пути.

Затем начались празднества. 13 января в Пхеньянском дворце спорта состоялся большой концерт, вечером 14 января в Пхеньяне прошел военный парад с фейерверком и новыми ракетами.

А вот день рождения Кима 8 января в очередной раз прошел незамеченным – на фоне подробного отчета о съезде северокорейские СМИ не упоминали о 37-летии лидера.

Что сказал Ким Чен Ын

Постановления съезда пока не просочились в открытый доступ, но приветственная и заключительная речи Кима, а также краткое содержание озвученного им доклада ЦК доступны, и даже из них можно вынести много необычного и интересного.

Отчетный доклад Ким Чен Ына занял девять часов чтения, и, как говорят, был весьма подробным «разбором полётов» с упоминанием конкретных фактов и имён. Для тех, кто не был на съезде, ЦТАК опубликовал выжимку, но даже в ней видно основное направление мысли вождя.

Доклад состоял из четырёх частей: очерк успехов, достигнутых за отчётный период, указания на будущее, посвящённые экономическим и внутриполитическим вопросам, внешней политике и развитию партийной работы.

В первой части были признаны «серьёзные недостатки, препятствующие продвижению вперёд». Более того, об этих недостатках было сказано не как об «отдельных проявлениях», а как о серьёзных проблемах, для борьбы с которыми силами чрезвычайной ревизионной комиссии был проведён тотальный аудит как партийной, так и административной системы.

Конечно, несмотря на череду «невиданных доселе наихудших трудностей» партия «завоевала титанические победы», однако «придется сказать, что поставленные ранее задачи значительно недовыполнены почти во всех сферах жизни», а «вызовы, мешающие и препятствующие усилиям и продвижению вперед в борьбе за завоевание непрерывных новых побед в социалистическом строительстве, по-прежнему дают о себе знать». Тем не менее «эти проблемы вполне можно исправить и решить собственным умом и силой».

Вторая часть доклада называлась «За радикальное продвижение вперёд строительства социализма». Здесь лишь отмечалось, что Ким сделал подробный анализ, «делая главный упор на недостатках и уроке, поставил важные задачи для дальнейшего нового прогресса и развития». Если суммировать долгий раздел, то задача экономического развития сводится к тому, чтобы в новых условиях сохранить хотя бы тот уровень экономического развития, что был достигнут за последние 8-10 лет при модернизации отдельных участков (например, замахнулись на модернизацию пхеньянского метро); повышение качества жизни планируется осуществлять не столько за счет новых товаров, сколько за счет развития инфраструктуры, ЖКХ, местного управления и тп.

В области военного строительства (стоит отметить, что и в отчётном докладе, и в заключительной речи этот раздел стоит после экономического) Ким отметил, что ракетно-ядерный щит надо совершенствовать, и поставил ряд амбициозных, но выполнимых задач наподобие создания атомной подводной лодки и гиперзвукового оружия: «Нет более глупого поступка», чем почивать на лаврах, пока другая сторона вооружается».

Третий раздел был посвящен внешним связям. Отметив развитие отношений с КНР, РФ и странами экс-соцлагеря, Ким подчеркнул, что враждебная политика США не меняется от смены президентов. Конечно, в докладе отмечено, что дипломатический путь не отвергнут полностью, но северяне не будут двигаться к консенсусу первыми. Отвечая силой на силу и добром на добро, они будут придерживаться прежних принципов – поэтапных действий в ответ на действия – и ожидать от другой стороны не церемониальных мероприятий, а реальных предложений, которые способны оживить диалог и дать почву переговорам.

В отношении Южной Кореи было констатировано, что уровень межкорейских отношений вернулся ко временам до подписания Пханмунчжомской декларации. С этой точкой зрения вполне можно согласиться, поскольку, если проанализировать ход выполнений соглашений, то, кроме приграничной демилитаризации, все проекты утонули в проволочках по вине Сеула. То же, что патетически предлагается Югом сейчас, либо несущественно, либо имеет сугубо церемониальное значение. Скорее всего, на Севере понимают, что последний год правления Мун Чжэ Ина вряд ли будет отмечен прорывными мероприятиями. Если что-то и случится, толку будет, как от межкорейского саммита 2007 года. Но и здесь отмечается, что все зависит от Сеула. «Результаты достигаются ценой вложенных усилий».

Четвертый раздел был посвящен укреплению роли партии, и итоги этой части доклада нашли отражение в изменениях в Уставе ТПК. Помимо переименования поста председателя партии в генсека и определения Корейской народной армии как вооруженных сил партии, между съездами раз в пять лет будут сзываться слёт секретарей партийных ячеек и слёт секретарей первичных партийных организаций. Таким образом, возникает прямой канал взаимодействия «неба» и «земли».

Очень важно появление нового органа – Центральной ревизионной комиссии, и повышение полномочий ревизионных комиссий на местах говорит о том, что внутренний контроль усиливается и за дисциплиной, и за моральным обликом членов партии будет следить специальная новая структура, похожая на китайскую Центральную комиссию по проверке дисциплины.

Заключительная речь Ким Чен Ына оставила смешанные ощущения. С одной стороны, лидер прекрасно видит стоящие проблемы. В частности, Ким открыто сказал, что «в провинциальных городах и уездах, в частности в деревне, жизнь населения остается очень тяжелой и отсталой».

Стратегии в заключительной речи, однако, не представлено, как нет и новых лозунгов. Ким сам предложил «вместо какого-то громкого лозунга еще раз запечатлеть в глубине сердца эти три идеала – «поклоняться народу, как небу», «единодушие и сплоченность», «опора на собственные силы».

Конкретные рекомендации сводятся к хорошо известным общим словам типа «укрепить дисциплину» и «принять меры».

Итого

Если подвести итог всему написанному выше, то можно сказать, что прошедший съезд действительно отражает новый курс руководства, направленный в первую очередь на наведение порядка внутри партийной системы. С одной стороны, это связано с необходимостью подготовиться к наступающему периоду «худых лет», связанных с последствиями пандемии и международной обстановки; с другой стороны, с недовольством высшего руководства тем, что партийные кадры не выполняют функцию морального авангарда. Решение они видят в закручивании гаек, включая расширение борьбы за моральный облик и усиление нажима на частный бизнес, а также укрепление дисциплины, в том числе создание новой структуры, которая будет выполнять функции «партийной контрразведки».

При этом ревизовать руководящую роль партии не стали, и ТПК остаётся на прежнем месте, без перетягивания части сил и ресурсов из партийного аппарата в государственный. В рамках идей Ким Ир Сена-Ким Чен Ира партия не может не быть рулевым. При этом власти стараются добиваться того, чтобы качество жизни граждан не снижалось, но собираются добиваться этого не столько за счёт увеличения количества товаров, сколько за счёт облегчения условий жизни.

Что же касается внешней политики, то, хотя Север по-прежнему готов отвечать добром на добро, делать первыми какие-то безответные шаги они не намерены. От Вашингтона и Сеула ждут реальных предложений и встречных уступок, будучи готовы к демонстрации жёсткого подхода.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


Похожие статьи

Related Posts