Будущее внутренней политики РК после выборов апреля 2021 г.

P 17.04.2021 U Константин Асмолов

MOON893

7 апреля в Республике Корея состоялись досрочные выборы глав четырёх административных единиц, в том числе мэров двух крупнейших городов страны – Сеула и Пусана, а также 17 депутатов местных законодательных собраний. По итогам подсчёта голосов оппозиционная партия Сила народа обошла правящую Демократическую партию Тобуро со значительным отрывом. В Сеуле кандидат от оппозиции О Сэ Хун получил более половины голосов избирателей. Представитель правящей партии Пак Ён Сон не смогла одержать победу ни в одном из 25 административных округов. В Пусане кандидат от оппозиционной партии Сила народа Пак Хён Чжун опередил оппонента от правящих сил Ким Ён Чхуна и победил во всех 16 административных округах Пусана.

Как можно заметить, в данном случае опросы не особенно лгали, и победные итоги у консерваторов плюс-минус соответствовали тем цифрам, которые давали опросы.

Наш предыдущий текст, посвящённый дополнительным выборам 7 апреля 2021 года, освещал подготовку к выборам и кратко говорил об их итоге. Партия власти потерпела обидное и сокрушительное поражение: в Сеуле её кандидат не получил большинство ни в одном из избирательных округов, а разрыв почти в 20% исключал любые разговоры про неправильный подсчёт или фальсификации. Можно выделить несколько причин того, почему Демократическая партия, которая буквально год назад обеспечила себе на парламентских выборах подавляющее преимущество в национальном парламенте (176 мест из 300), за год настолько опростоволосилась.

В первую очередь, это накапливающаяся усталость от обманутых ожиданий. Апрельская победа прошлого года строилась во многом на двух факторах – успешной победе над первой волной коронавируса, а также отсутствии у консерваторов заметных лидеров и позитивной программы. Как и год спустя, они пытались превратить выборы в суд над Муном и его политикой, не выдвигая альтернативной программы действий. Избранный мэр Сеула тогда баллотировался в депутаты, но проиграл, хотя и с небольшим разрывом.

За год маятник качнулся в противоположную сторону, и, возможно, дело было в том, что за первой волной коронавируса пришли вторая и третья, а на горизонте маячит четвёртая. Всякий раз власти вводили жёсткие меры социального дистанцирования, которые всё больше и больше били по малому и среднему бизнесу, но война с пандемией тем временем приобрела затяжной характер. Муна критикуют и за медленные темпы вакцинации, и за непоследовательную политику в отношении вакцины АстраЗенека, которую то запрещали, то разрешали опять. При этом, если предыдущие вспышки списывали на консервативные протестантские секты или на не желающих делиться контактами представителей секс-меньшинств, то затем стало понятно, что ни те ни другие на самом деле не играют в распространении вируса решающей роли.

Тревожным знаком для администрации Муна было и то, что ему «показали спину» не только «пенсионеры», но и «пионеры». Относительную поддержку партии власти выказали только люди в возрасте за 40. Это то поколение, чья молодость выпала на 1980-е годы и противостояние военной диктатуре. Но пять лет назад молодёжь в возрасте 20-30 лет принимала весьма активное участие в массовых демонстрациях протеста.

По мнению целого ряда экспертов, включая автора, такими действиями молодёжь проголосовала не столько за консерваторов, сколько против администрации Муна. Молодым людям свойственно повышенное чувство справедливости, которое толкнуло её на выступления против Пак Кын Хе. Но к нынешнему времени, похоже, им окончательно стало ясно, что пребывание у власти Мун Чжэ Ина соответствует сюжету сказки о том, как победитель дракона сам превращается в дракона. И в этом смысле обретение подавляющего преимущества в парламенте натолкнуло демократов на мысль, что «теперь можно не стесняться», после чего количество скандалов, связанных с ними, существенно подскочило вверх.

Таковых было много, но наиболее важным триггером оказался кризис на рынке недвижимости. Цены растут, окоротить их запретами не удаётся, а правительственные чиновники пытаются на этом наживаться. Последней каплей был скандал с государственной корпорацией LH, чьи представители, используя инсайдерскую информацию, покупали территории, на которых должны были разворачиваться перспективные проекты для перепродажи, когда цена участков взлетит в несколько раз. Скандал только разворачивается, начались первые аресты, и на допросы начали таскать не только представителей самой корпорации, но и людей из Голубого дома.

Считается, что на выбор молодёжи повлияла и тема сексуальных домогательств. Власти активно раскручивали её сами, рассчитывая таким образом ударить по консерваторам, но, судя по всем громким процессам последних лет на эту тему, руки и другие органы распускали в основном представители партии власти. Попытка компенсировать это, выставив на выборы кандидата-женщину, не удалась.

Более того, устав Тобуро запрещал выдвигать кандидатов на тот или иной пост, если предыдущий назначенец от партии погорел на скандале, тем более сексуальном. Мун активно бравировал этим положением, пока был в оппозиции, но как только речь зашла о таких жирных кусках, как мэрство в Сеуле или Пусане, устав поменяли.

Ещё перед выборами четыре социологические службы (Embrain Public, KSTAT Research, Korea Research International и Hankook Research) провели опрос, по итогам которого 86% респондентов заявили, что правительству надо пересмотреть свою политическую линию полностью (35%) или частично (51%). Курс правительства в области недвижимости ошибочным назвали 80% опрошенных.

Отвечая на вопрос о том, на каких вопросах правительство должно сосредоточиться до конца своего срока, 29% опрошенных указали на оживление экономики, за которым следует стабилизация рынка недвижимости (24%), меры по борьбе с COVID-19 и обеспечение вакцинами (23%), сотрудничество с оппозиционными партиями (10%) и политику социального обеспечения и распределения (7%).

Разумеется, консерваторы пытаются представить дело так, что народ проголосовал против политики Мун Чжэ Ина вообще, включая недостаточную верность Соединённым Штатам, заигрывания с Севером или принятый в 2020 году закон, запретивший запуск антисеверокорейских листовок. Однако на самом деле эта тематика практически не звучала.

Некоторые считают, что демократы допустили тактическую ошибку, ожидая, что главным кандидатом от оппозиции будет На Гён Вон и рассчитывая на «состязание двух женщин». Но, по сравнению с другими кандидатами от демократов, госпожа Пак была не лучше и не хуже остальных. Не обладала она и особой одиозностью. Скорее, у демократов не было в резерве такого политика-тяжеловеса, которого можно было выставить против О Сэ Хуна, а те, кто были, имели президентские амбиции и потому на выборы мэра не пошли.

Между тем, несмотря на консервативные взгляды, О был неплохим мэром Сеула, а его добровольный уход в отставку на фоне проигранного референдума позиционировал его как честного политика. Хотя, конечно, само по себе хорошее отношение к О не играло решающей роли. В 2020 году О Сэ Хун с малым разрывом проиграл бывшему пресс-секретарю Мун Чжэ Ина Ко Мин Чжун со счётом 47,8-50,3. Протестный фактор сыграл главную роль.

Вообще можно сказать, что голосование показало: Корея недовольна тем уровнем лицемерия, который продемонстрировал Мун и его команда.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


Похожие статьи

Related Posts