Не прошло и десяти лет, или Как южнокорейские демократы заботятся о правах рабочих

P 28.05.2021 U Константин Асмолов

SKRW8323

20 апреля 2021 г. Южная Корея завершила процесс ратификации трех ключевых конвенций Международной организации труда (МОТ). Генеральный директор МОТ Гай Райдер приветствовал ратификацию конвенций как важный шаг вперед в развитии трудовых отношений страны, однако надо понимать, что путь к утверждению Сеулом штатных документов, защищающих права трудящихся, был ОЧЕНЬ долгим и, в общем-то, неполным.

Хотя Южная Корея присоединилась к МОТ в 1991 году, она не приняла четыре из восьми основных и 29 из 189 конвенций организации, отставая от международных стандартов в области защиты трудовых прав. Из 187 стран-членов МОТ 146 приняли все восемь ключевых конвенций. Из 36 членов Организации экономического сотрудничества и развития 32 ратифицировали их все. Только Япония и Соединенные Штаты приняли шесть и две конвенции, соответственно.

Что это за четыре конвенции? Конвенция №87 «О свободе ассоциаций и защите прав на их создание» говорит о гарантиях права на создание организаций, присоединение к таковым, а также выбор представителей и ведение профсоюзной деятельности. Это противоречило статье 2 действующего закона РК о профсоюзах, которая может быть расценена как ограничение на вступление в профсоюзы людей, которые были уволены или не имеют работы.  Кроме того, правительство, по своему усмотрению, может определить профсоюз как не соответствующий установленным критериям. Примером этого является случай Объединения профсоюзов работников образования, который в 2013 году был лишён статуса легитимного по причине наличия в его составе преподавателей, потерявших работу. Проблемой является также закон о профсоюзах госслужащих, ограничивающий возможность их вступления в профессиональные организации.

Конвенция №98 «О праве на организацию и ведение коллективных переговоров» противоречит пункту закона РК о профсоюзах, запрещающему выплату зарплаты освобожденным от работы членам профсоюзов и различные действия с требованием об этом.

Конвенция №29 «О запрещении принудительного труда» запрещает принудительный или обязательный труд. Исключением признаётся работа или служба, требуемая в силу законов об обязательной воинской службе и применяемая для работ чисто военного характера: возможно несоответствие с системой альтернативной гражданской службы.

Конвенция №105 «Об отмене принудительного труда» касается  упразднения принудительного труда, включающего наказания за забастовки и выражение определённых политических взглядов. В случае её ратификации в нынешней системе уголовного наказания РК мера тюремного заключения, допускающая исправительные работы, должна быть изменена на простое заключение. Кроме того, конвенция, запрещающая принудительный труд в качестве наказания за политические взгляды, противоречит Закону РК о национальной безопасности.

В 2010 году, заключив соглашение о свободной торговле с ЕС, РК дала обещание ратифицировать основные конвенции МОТ. Однако это обещание не выполнялось из-за протестов работодателей, которые опасались чрезмерного увеличения силы профсоюзов.

ЕС требовал от РК ратификации конвенций с 2011 года, когда вступило в силу соглашение о либерализации торговли между двумя сторонами. Ратификация была и одним из предвыборных обещаний президента Мун Чжэ Ина во время выборов 2017 года.

РК и ЕС в рамках двустороннего соглашения о свободной торговле обменялись обещаниями по соблюдению прав трудящихся, однако Сеул не принял должных мер к выполнению обещаний.

Европейская комиссия официально потребовала от РК принять основные конвенции МОТ по двум причинам. Во-первых, условия в мире, при которых откладывать ратификацию конвенций более нельзя. Во-вторых, аналогичные проблемы могут возникнуть в рамках соглашений о свободной торговле с другими странами: потребители всё чаще обращают внимание на условия труда в тех странах, товар из которых лежит на прилавках. Такая тенденция отражается и в соглашениях о свободной торговле. Так, в 9 из 12 таких соглашений, подписанных РК с другими странами, указаны пункты об условиях труда в стране-производителе.

Но в РК не торопились, и 9 апреля 2019 г. еврокомиссар по торговле Сесилия Мальстрем, которая прибыла в РК для участия в заседании комитета РК и ЕС по вопросам торговли, официально предупредила Сеул о необходимости ратификации основных конвенций МОТ. В противном случае репутации страны может быть нанесён ущерб. По её словам, если РК не выполнит данных требований, то возможно начало процедуры формирования панели арбитров, решение которой обязательно к исполнению. В ответ министр труда и занятости РК Ли Чжэ Гап попросил проявить понимание, указав, что на достижение общественного согласия по этому вопросу понадобится время.

Позднее в 2019 году правительство внесло в Национальное Собрание соответствующие законопроекты, которые не были приняты на фоне сопротивления консервативной оппозиции и бизнеса, но после того, как в апреле 2020 г. парламент обновился, их внесли вновь.

23 июня 2020 г. президент Мун Чжэ Ин подчеркнул важность пересмотра основных законов Южной Кореи о труде, чтобы позволить безработным и уволенным работникам вступать в профсоюзы и улучшить общие права работников. Президент указал на давление со стороны Европейского союза, и отметил, что ратификация конвенций необходима для разрешения торгового спора с ЕС, связанного с двусторонним соглашением о свободной торговле.

7 июля 2020 г. Кабинет министров РК «одобрил предложение соответствующих ведомств добиваться парламентской ратификации ключевых конвенций Международной организации труда в рамках усилий по улучшению прав трудящихся», так как «дальнейшее затягивание может привести к проблемам в торговле со странами-членами Евросоюза». При этом правительство пояснило, что конвенция № 105 исключена из списка, поскольку требует пересмотра законодательства.

9 июля 2020 г. в видеообращении к участникам виртуального глобального саммита МОТ Мун Чжэ Ин заявил, что РК продолжит усилия для улучшения жизни трудящихся путём ратификации ключевых конвенций МОТ и напомнил об усилиях правительства по сокращению рабочего времени и повышению минимальной заработной платы.

В декабре 2020 года РК пересмотрела трудовое законодательство в соответствии с конвенциями, включая поправку, позволяющую безработным и уволенным работникам вступать в профсоюзы.

23 февраля 2021 г. парламентский комитет по трудовым вопросам утвердил законопроект о ратификации трёх конвенций и передал его на голосование на пленарном заседании. По ратификации конвенции № 87 споров между правящей партией и оппозицией не было, две остальных оппозиция ратифицировать категорически отказалась, – и решение было принято в отсутствие её представителей. 26 февраля закон прошел через парламент.

Конечно, крупные компании призывают принять меры, чтобы справиться с воздействием утвержденных конвенций на их бизнес, в то время как профсоюзы и левые НГО требуют одобрения оставшейся конвенции и дальнейшего пересмотра трудового законодательства, которое, по их словам, противоречит МОТ.

Лидеры бизнеса утверждают, что необходимо ввести достаточные правовые меры для противодействия незаконным забастовкам и другим коллективным действиям трудящихся, а также ссылаются на углубляющиеся проблемы в связи с экономическим кризисом, вызванным пандемией Covid-19.

Автор же снова обращает внимание на то, что будь президент Мун не популистом, а настоящим левым, он бы не ждал четыре года и не начал бы процесс только тогда, когда под угрозой оказалось благополучие отношений РК и ЕС. Хотя долгожданная ратификация принесет много радости корейским рабочим, ибо, несмотря на видимое процветание, их положение в некоторых сферах не сильно поменялось со времен диктатуры, и при подсчете достойных и не достойных поступков Мун Чжэ Ина это ляжет большим грузом на светлую сторону.

Константин Асмолов, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


Похожие статьи

Related Posts